пятница, 9 сентября 2016 г.

Зачем создается система «БиоПРО»



Соединённые Штаты постоянно твердят о российской угрозе, однако при этом стягивают войска НАТО к нашим границам. Столь же лицемерно Вашингтон ведет себя в отношении Конвенции о запрещении биологического и токсинного оружия (КБТО). На словах американцы поддерживают документ, но при этом не оставляют попыток окружить Россию «заразой», создавая своеобразную систему «БиоПРО» вблизи российских рубежей.+

Об этом на днях еще раз был вынужден напомнить министр иностранных дел РФ Сергей Лавров. Комментируя упорное нежелание США создавать механизм контроля по выполнению КБТО, глава внешнеполитического ведомства напомнил о целом ряде программ, посвященных исследованиям в сфере биологии, которые ведут американские специалисты. После этого сделал закономерный вывод:
Их отказ создать механизм контроля за выполнением требований Конвенции по биологическому и токсинному оружию наводит на мысль о том, что эти исследования не совсем мирные.
Сергей Викторович Лавров

Деликатная формулировка Лаврова понятна — дипломатический статус к этому обязывает. Секретарь Совета безопасности РФ Николай Патрушев высказался более категорично. Заявив, что в странах СНГ функционируют лаборатории биологического оружия, управляемые Вашингтоном, он отметил тревожную динамику:
В 20 раз возросло количество лабораторий, которые подведомственны США и которыми они управляют, в том числе под их руководством находится ряд лабораторий, которые функционировали и функционируют на территории республик СНГ.
Николай Патрушев

Собственно, о том, что Пентагон внедряет «закамуфлированные военные медико-биологические объекты» на территориях бывших союзных республик, российское внешнеполитическое ведомство также заявляло открытым текстом и приводило конкретные примеры:
«Наиболее показателен в этом плане так называемый Исследовательский центр общественного здравоохранения им. Р. Лугара в пригороде Тбилиси — лаборатория высокого уровня биологической изоляции. Под ее крышей прочно ″прописалось″ медицинское исследовательское подразделение сухопутных войск США».

О режиме секретности там тоже сказано:
«Американские и грузинские власти предпринимают усилия по сокрытию истинного содержания и направленности деятельности этого воинского подразделения армии США, занимающегося изучением особо опасных инфекционных болезней».

Тревога российской стороны вовсе не кажется показушной, особенно если вспомнить «досадный казус», произошедший в прошлом году, когда военное ведомство США по ошибке разослало посылки с живыми спорами сибирской язвы. В этом признался замминистра обороны страны Боб Уорк:
«На данный момент 51 лаборатория на территории США в 17 штатах, а также три страны (Южная Корея, Канада и Австралия — ред.) получили посылки со спорами сибирской язвы».

При таком безалаберном отношении к опаснейшим биологическим материалам у себя дома трудно ожидать, что Пентагон будет проявлять чрезмерную осторожность за рубежом.
Что касается секретности, информационные утечки тоже случаются. К примеру, бывший советник экс-президента Грузии Саакашвили, журналист Джеффри Сильверман, в свое время утверждал, что в лаборатории на окраине Тбилиси разрабатывают опасные вирусы, которые потом якобы испытывают на местных жителях. Сильверман, в частности, заявил:
«Эта лаборатория была построена на деньги военного ведомства. Стоимость ее 50 миллионов долларов. Ее цель — изучать биологическое оружие. И эта лаборатория находится здесь, потому что ее опасно держать в США».

Действительно, плюсов от таких «выездных» экспериментов у пентагоновских генералов более чем достаточно.
Во-первых, они могут не опасаться протестов американской общественности.

Во-вторых, это позволяет им уклоняться от выполнения международных договоренностей, в том числе Конвенции о запрещении биологического и токсинного оружия.

В-третьих, на территории таких лабораторий можно работать над созданием болезнетворных микроорганизмов, нацеленных на поражение конкретного генотипа, животного мира или населения определенного региона.

В-четвертых, неконтролируемые минздравами стран, где действуют лаборатории, американцы могут проводить запрещенные испытания биологических агентов на местности: отслеживать их вирулентность, смертность, пути доставки и многое другое.

Кстати, эксперты НИИ микробиологии Министерства обороны РФ не исключают, что вспышки атипичных заболеваний на юге России в 2013 году, в том числе высокозаразный детский менингит в Ростовской области, ящур среди животных на Кубани и Северном Кавказе могли быть биологическими маркерами, специально вброшенными из той же Грузии. Геннадий Онищенко, в то время возглавлявший Роспотребнадзор, даже прямо обвинил южного соседа в преднамеренном распространении африканской чумы свиней:
Нет сомнений, что это было так. Это было осуществлено, безусловно, с территории Грузии... Это не случайная, а четко спланированная акция, цель которой — подорвать экономику южных и северокавказских регионов России.

К слову, как подсчитал наш Минсельхоз, ущерб от африканской чумы свиней тогда составил 2 миллиарда рублей.
Понятно, что грузинская сторона отвергла все обвинения, а Соединенные Штаты и вовсе оказались как бы ни при чем. Однако эксперт в области биологического оружия, доктор медицинских наук Наталья Калинина, уверена, что американцы неспроста сорвали в 2001 году переговоры в Женеве по ратификации протокола о верификационном механизме КБТО:
«10 лет американцы, англичане и мы работали над созданием протокола контроля по Конвенции о запрещении биологического и токсинного оружия. И когда протокол был уже готов для принятия, буквально за несколько дней до окончательного рассмотрения вопроса, американцы сняли свои предложения, сказав, что они не будут голосовать».

Логика этого «бойкота» становится понятна, если проанализировать дальнейшие действия США. По некоторым оценкам, с 2001 по 2010 годы американцы увеличили количество биолабораторий с 20 до 400. В «защиту от биотерроризма» они вложили около 60 миллиардов долларов. Соединенные Штаты постепенно наработали опыт создания военно-биологических объектов за рубежом. Так, биолаборатории под патронажем пентагоновских специалистов действовали в Африке (Кения, Египет), Латинской Америке (Бразилия), Юго-Восточной Азии (Таиланд). Начиная с 2000-х годов, они приступили к формированию «БиоПРО», как называют референс-лаборатории некоторые эксперты, вблизи российских границ.
Так, под видом «сокращения биологической угрозы» американцы взялись за оснащение на Украине двух центральных референс-лабораторий (основной и временной) для перемещения туда всех частей украинской коллекции опасных штаммов, а также еще 29 менее крупных станций, в том числе лабораторий при областных СЭС. Программа была оценена в 183 миллиона долларов.
Доподлинно неизвестно, чем занимаются специалисты в биолабораториях. Однако несколько лет назад украинская пресса сообщала, что будто бы американская фармакологическая корпорация Baxter проводит на Украине испытания неких средств, которые эксперты посчитали бактериологическим оружием.
Кстати, это небезызвестная корпорация. СМИ писали, что именно Baxter в своё время отправляла в африканские страны донорскую кровь, зараженную СПИДом. На Украине лаборатория этой корпорации располагалась под Тернополем. Именно там по странному совпадению был пик заболевших птичьим гриппом. После огласки деятельность лаборатории немедленно свернули.
Жители города Мерефа близ Харькова вынудили власти свернуть проект по созданию на их территории центральной референс-лаборатории особо опасных болезней животных. Они провели сход граждан и дружно подписали обращение:

«Эта лаборатория будет режимным военным объектом Минобороны США! Подобная есть уже в Грузии! Ни нам, ни всей Мерефе это не нужно... Мы не хотим, чтобы нас использовали как подопытных кроликов в разработке биологического оружия».

К сожалению, такую гражданскую активность проявляют не все украинцы. А вот в Грузии благодаря как российским специалистам, так и жителям республики был ликвидирован как отдельный субъект права так называемый Центр исследования общественного здоровья (ЦИОЗ). Теперь он включен в состав Национального центра контроля заболеваний Грузии. Хотя эта структура до сих пор получает гранты на исследования от оборонных ведомств США, как и специальное оборудование оттуда же, но все же ЦИОЗ стал менее закрыт хотя бы для контроля со стороны грузинской власти.
Первоначально же центр был нацелен на выполнение военно-биологической программы, разработанной в Пентагоне. Под её реализацию американские генералы выделили 150 миллионов долларов. Биологический материал и статистические данные для ЦИОЗ собирали на местах более 20 региональных центров и лабораторий.
Внедрились американцы и в Казахстан. Здесь их усилиями и деньгами (порядка 102-108 миллионов долларов) создана центральная референс-лаборатория на базе Казахстанского научного центра карантинных и зоонозных инфекций Алматы. Лоббисты все те же — Пентагон и сенатор Лугар, подаривший свое имя грузинскому центру.
Предполагалось, что алматинская лаборатория, кроме региональной сети в Казахстане, будет тесно сотрудничать с биологическим лабораторным комплексом в Бишкеке. Его предлагала построить в Киргизии союзница Штатов по НАТО — Канада. Однако бишкекская общественность не захотела размещать потенциальную заразу в столице. Так что переговоры пока заморожены.
Почему вызывают опасения объекты, возводимые вроде бы для мирных целей?
Во-первых, все они оснащаются на средства Министерства обороны США.

Во-вторых, их стоимость гораздо выше аналогичных гражданских учреждений, что свидетельствует об оборудовании двойного назначения.

В-третьих, число сотрудников также превышает численность персонала, необходимого для обслуживания гражданских объектов, наводя на определенные подозрения.

В-четвертых, ЦРЛ функционируют в закрытом режиме, представители гражданской системы здравоохранения часто не имеют к ним прямого доступа.

В-пятых, непонятно, зачем размещать подобные объекты в странах с благополучной эпидемиологической обстановкой, а не в Африке и Южной Азии, где, как правило, наблюдаются вспышки опасных инфекций.

Получается, что больше всего американцев интересуют российские границы, а также местные микроорганизмы, искусственная мутация которых может сделать их смертельно опасными либо для животных, либо для населения этих регионов.
О том, что все это не плод воспаленного воображения, свидетельствует проект «Новый американский век» - программный документ влиятельной американской НПО, действовавшей с 1997 по 2006 годы. В программе, в частности, записано:
«...продвинутые виды биологического оружия, способные воздействовать на конкретный генотип, могут перевести биооружие из сферы террора в область полезного политического инструментария».

Организации больше нет, но посеянные ею семена хорошо прижились в головах американских политиков.
Дмитрий Пскезин

Источник

Комментариев нет:

Отправить комментарий